Материалы раздела

Нацбанк выводит коммерческие банки из валютной гонки

Нацбанк выводит коммерческие банки из валютной гонки

Комментарий агентства InfoMarket. 

Сначала НБМ своим примером, начиная еще с 2012-2013 гг вовлек банки Молдовы в свои валютные игры, провоцировал их к активности для раскачивания инфляции – главной цели регулятора (а тогда в стране наблюдались дефляционные процессы); теперь же он, можно сказать, в некотором смысле их приговорил.

Агентство InfoMarket неоднократно писало о том, что именно Нацбанк затеял свою игру на валютном рынке – в 2012-2013 году скупая валюту в огромных объемах и, наконец, обратил на это внимание других участников рынка. Они подтянулись и стали играть – сначала по правилам НБМ, потом устанавливая свои порядки.

Это как дети – кто-то катается на качелях, раскатывает их… потом подтягиваются другие и тоже начинают раскачивать… и в итоге тот кто пришел позже оказывается на качелях, а тот, кто начинал раскачиваться выпадает. Но у регулятора есть рычаги – и он не намерен находиться вне качелей. Не верите?! Беспрецедентное повышение ставки рефинансирования с 8,5% до 13,5% 17 февраля 2015 г. - одним простым решением Админсовета НБМ – это как мама зовет домой тех детей, кто вздумал покататься вместо «хозяина качелей». А теперь качели можно и остановить, и снова на них залезть, только уже задуматься – стоит ли снова их раскачивать?!.

Повышением ставки рефинансирования - с 3,5% в ноябре до 13,5% в феврале (за три месяца) – НБМ создал прецедент непредсказуемости – с  таким же успехом он мог бы назначить ставку и 20% и 30%. С другой стороны – он переложил на банки ответственность за девальвацию национальной валюты. Да, в девальвации участвуют те, у кого есть свободные ресурсы, и банки в этой пьесе играют далеко не последнюю роль. Столь резким повышением ставки регулятор как бы заявил: хотели играть на курсе, теперь получите проблему.

А проблема есть и серьезная, касается всего молдавского бизнеса. Валюта в решении этой проблемы отходит на второй план, как минимум.

Итак, НБМ пытается стерилизовать леевую массу путем повышения ставок. Мол, банки теперь вынуждены будут повышать ставки по кредитам и те, у кого есть кредиты, теперь все свободные деньги будут направлять не на накопление средств (в том числе и валюты), а на погашение процентов по кредитам. А люди, которые поверят в лей, и увидят выгоду в больших ставках по депозитам, начнут продавать валюту ради выгодных вкладов.

Но есть и другая сторона. Бизнес, который взял кредиты, теперь будет сильно напрягаться отдавать займы по повышенным процентным ставкам. А новые кредиты вообще мало кто рискнет брать, предпочитая переждать. А если бизнес, рассчитанный, скажем, на 8-10% годовых процентов в леях – в качестве долгосрочных инвестиций – теперь вынужден будет платить хотя бы в половину больше – 14-15% (и это если повезет) – он может просто похоронить свой бизнес. И это - на фоне провала в экономике, когда даже пессимистичные прогнозы ставят негативные рекорды – то есть продажи, мягко говоря, в лучшем случае стоят. А так – никто в такой ситуации не намерен двигаться, предпочитая выжидание.

Все это указывает на то, что теперь банки становятся заинтересованными в укреплении лея. А банки – как было сказано выше – не самые последние игроки на валютном рынке. Банкам теперь, как и десять лет  назад, надо бы собираться в рамках своей Ассоциации, и пытаться самостоятельно регулировать курс, сбивая спесь с независимых валютных касс. Им, конечно, это будет стоить денег, но игра точно стоит свеч – ведь если банковские заемщики массово начнут банкротиться и сдавать залоги – что банки будут делать с огромным количеством недвижимости (прежде всего) при том, что это этот рынок не то, чтобы стагнировал – он сильно провалится.

Интересна была фраза президента НБМ Дорина Дрэгуцану на его пресс-конференции во вторник: «Валюта в стране есть. Надо лишь убедить тех, у кого она на руках, что пришло время ее продавать…»

И, кстати, время, похоже, пришло. Во вторник с утра курс лея упал сразу на лей, к обеду – еще немного, но к закрытию банковского дня (после пресс-конференции президента НБМ) почти вернулся к утреннему показателю. И это – данные межбанковского рынка, часто скрытого от обывателя. В некотором смысле можно говорить о пределе. Уже «завтра» свои доллары и евро люди понемногу понесут в кассы, потому что надо на что-то жить, а продукты за доллары и евро в Молдове не продают, да и подходит срок оплаты коммунальных услуг за прошедший месяц…

С  назначением нового правительства в стране все становится на свои места. Правда, ожидать, что доллар будет стоить 12-13 леев, уже не приходится; но вполне вероятен сценарий возврата курса доллара к отметке 16 леев и евро до 19 леев, соответственно.

У Нацбанка много инструментов влиять на валютный рынок, но пока что он предпочел загребать жар руками коммерческих банков, которые, кстати, тоже не без греха – играли на рынке, следуя примеру НБМ, за то и поплатились сейчас. А с ними – и тысячи клиентов, как юридических, так и физических лиц.

Остается только открытым вопрос, как меняется показатель М0 – денежная масса в обращении. На конец декабря 2014 года деньги в обращении составили 17,5 млрд. леев – ровно столько же, сколько было в декабре 2013 года. Вопрос лишь в том, не прибег ли НБМ к услугам «печатного станка» в январе-феврале 2015 года. Пока что показатели говорят, что нет – печатный станок не запущен, а значит скоро может не хватить леевой массы для давления на валютный рынок – просто леев физически перестанет хватать. И это на фоне повышения ставок по кредитам…

Сегодня рынку нужны позитивные новости. Назначение нового правительства – это косвенно позитивная новость. Отсутствие плохих данных по леевой массе – это хорошая новость. Но все-таки обидно за президента НБМ, который слишком уж мягко и деликатно пытается объяснить рынку реальную ситуацию. Если бы первый президент НБМ Леонид Талмач (ныне – президент «Молдиндконбанка») и давал бы разъяснения по курсу лея (хотя он всегда отнекивался от ответа на вопросы по курсу, не говоря уже о том, чтобы выйти с пресс-конференцией) все-таки решился что-то сказать рынку, он вряд ли был бы столь деликатным. Скорее всего, его заявление можно было бы свести к следующему: Те, кто сегодня пытается свалить лей, завтра будут считать убытки. Может только так, жестко, рынок и понимает, кто на самом деле правит бал. Хотя и хозяин бала, в определенный период, переоценил свои силы, и теперь решает проблему, в том числе, заставляя это делать и остальных.

И банки стали очень заинтересованы в том, чтобы ситуация стабилизировалась и ставка рефинансирования как минимум снизилась к однозначному показателю. У банков нет выбора и делать это надо очень быстро – иначе мы войдем в очень продолжительную рецессию всей экономики, которой и без того приходится туго. Пока же счет идет на недели, чтобы стабилизировать ситуацию и вернуть ставку рефинансирования хотя бы на уровень начала февраля. Тогда и рынок вздохнет, и бизнес снова начнет работать.

Новости по теме