История с концессией Кишиневского аэропорта, казалось бы, для государства уже закончилась победой. Договор с Avia Invest был расторгнут, аэропорт в 2023 году вернулся под управление государства, а попытка связанной с бывшим концессионером Komaksavia взыскать с Молдовы сотни миллионов евро провалилась в международном арбитраже.

Однако уголовный процесс по делу о передаче аэропорта в концессию создает новую юридическую ситуацию в этом вопросе. В ходе процесса – в своем "заключительном слове", бывший министр экономики Валериу Лазэр обратил внимание судей на то, что требования обвинения признать недействительными технико-экономическое обоснование и сам концессионный договор от 30 августа 2013 года, наряду с требованием признать виновными бывших чиновников, участвовавших в подготовке концессии, являются как минимум подозрительными. Их возможное удовлетворение судом – по совокупности, предоставит "на блюдечке" бывшему концессионеру почти идеальные юридические предпосылки для инициирования в международных судах процесса пересмотра решения молдавских гражданских судебных инстанций о расторжении концессионного договора, со всеми вытекающими последствиями, в том числе финансового характера для государства.

По делу о концессии аэропорта проходят восемь человек, включая бывшего премьер-министра Юрие Лянкэ, экс-министра экономики Валериу Лазэра, а также бывших должностных лиц Агентства публичной собственности (APP) и аэропорта. Прокуратура требует для шести подсудимых по шесть лет лишения свободы, для остальных двух - по пять лет, а также возмещения ущерба государству в размере более 392 млн леев. Подсудимые вину не признают. Приговор должен быть оглашен 30 ноября 2026 года.

На первый взгляд различие между расторжением договора и признанием его недействительным может показаться юридической формальностью. На практике последствия могут быть принципиально разными из-законцептуальных противоречий между ними. Расторжение означает прекращение действия договора, который ранее имел юридическую силу, иначе у судебных инстанций не было бы оснований для признания правомерности решения Агентства публичной собственности (APP) об одностороннем расторжении договора концессии активов Международного аэропорта Кишинева. Признание же недействительным означает, что основания для его заключения были незаконными с самого начала, соответственно, согласно гражданскому законодательству, стороны возвращаются в исходное положение. Тогда неминуемо возникает вопрос о судьбе имущества и вложенных средств за годы исполнения договора.

До сих пор позиция государства строилась на том, что концессионер нарушил условия договора, что и позволило расторгнуть концессию и вернуть аэропорт государству. Соответственно у концессионера как минимум не было морального права требовать каких-либо компенсаций, да и с юридической стороны перспективы в этом отношении очень "туманны". Если же суд установит, что договор был недействительным изначально, по вине чиновников высшего ранга из правительства и APP, к том же и с нарушением установленной процедуры (именно в этом русле вписывается требование обвинения о признании недействительным ТЭО), то есть, не по вине концессионера,ситуация поменяется радикальным образом и явно не в пользу государства.

Здесь возникает потенциальный имущественный и финансовый риск для государства в лице APP и Госпредприятия Международный аэропорт Кишинева. По данным, приведенным Валериу Лазэром в суде, комиссия по мониторингу Агентства публичной собственности ранее подтвердила инвестиции Avia Invest в модернизацию аэропорта примерно на 87 млн евро. В случае признания договора недействительным бывший концессионер может попытаться использовать это обстоятельство для предъявления требований о возмещении стоимости произведенных вложений, включая объекты, возвращенные в распоряжение государства. Возможность удовлетворения таких требований будет зависеть от их правовых оснований и представленных доказательств.

Указанные 87 млн евро не являются установленным долгом Молдовы. Само по себе признание договора недействительным не означает обязанности государства выплатить эту сумму из государственного бюджета,однако возникают серьезные финансовые риски для ГП Международны аэропорт Кишинева. Обоснованность возможной компенсации будет зависеть от применимого законодательства, подтвержденных инвестиций и других обстоятельств исполнения договора.

В 2022 году Стокгольмский арбитраж отклонил требования Komaksavia Airport Invest Ltd, владевшей 95% Avia Invest. Компания требовала либо продолжить исполнение концессионного договора, либо выплатить 883,7 млн евро компенсации за предполагаемую экспроприацию инвестиции. Кроме того, заявлялись требования, связанные с упущенными доходами. Арбитраж пришел к выводу об отсутствии у него юрисдикции, поскольку Komaksavia не доказала наличие инвестиции, защищенной соответствующим международным соглашением.

В феврале 2025 года Апелляционный суд в Стокгольме отклонил попытку Komaksavia добиться отмены арбитражного решения. Таким образом, Молдова получила благоприятный для себя результат в международном споре, возникшем вокруг прекращения концессии.

Прежний международный спор касался прекращения концессии и предполагаемой экспроприации. Признание самого договора недействительным может поставить другой вопрос: какие имущественные последствия возникают, если договор, исполнявшийся почти десять лет, признается недействительным с момента заключенияне по вине концессионера, а по вине госслужащих?

Парадокс этой истории заключается в том, что усилиями правительства Молдова уже вернула аэропорт путем расторжения концессионного договора, признанного судом законным в гражданском споре, и выиграла ключевой международный спор. Вместе с тем, обвинение по делу о концессии в лице представителя Антикоррупционной прокуратуры от имени того же государства пытается доказать незаконность механизма, с помощью которого аэропорт был передан в концессию и получить решение другого суда по уголовному делу о признании недействительности того же договора. А это может возобновить вопрос об имущественных последствиях концессии. Означает ли это дополнительные финансовые обязательства государства, будет зависеть от содержания судебного решения, правовых оснований возможных требований и их оценки судами. // 20.10.2026 – InfoMarket.